«Я вашу свадьбу в кровавую баню превращу». Отчима из Дагестана осудили на 20 лет за убийство жены и падчерицы

Верховный суд Северной Осетии вынес приговор уроженцу Дагестана, который в июле 2025 года напал с ножом на жену и двух её дочерей. Мать и старшая дочь погибли на месте. Младшая — 15-летняя школьница — выжила. Убийца сам себя ударил ножом и двое суток лежал под охраной на операционном столе. По словам родных он открыто планировал убийство целый год.

Малламагомед Маматов, 59 лет, уроженец Дагестана, жил с семьёй в доме на улице Весенней во Владикавказе около двух лет. Его жена Светлана и её дочери — 23-летняя Зулейха и 15-летняя Милана — по словам соседей, были тихими и приветливыми. Сам он производил нейтральное впечатление: здоровался, иногда звал в гости. 

Но внутри квартиры всё было иначе. Маматов запрещал жене и падчерицам общаться с соседями, контролировал каждый шаг домочадцев. Женщина, продавшая им квартиру, потом рассказывала: «Этот мужчина за женой как надзиратель ходил».

Год угроз Суд установил: с 2024 по 2025 год Маматов систематически угрожал расправой жене и старшей падчерице. Поводом стала свадьба Зулейхи. Девушка собиралась замуж — но не за того, кого выбрал отчим. Он настаивал на женихе из числа знакомых, она выбрала другого. Маматов не принял этого.

Дядя Зулейхи, Мариф Сулейманов, рассказал, что сестра пересылала ему голосовые сообщения с угрозами. Маматов говорил открыто:

«Ты не выйдешь, я тебя за него не выдам. Если выйдешь — я вашу свадьбу в кровавую баню превращу».

Сватовство прошло тайно — в одном из кафе Владикавказа, подальше от глаз отчима. Маматов требовал, чтобы Зулейха отказалась от доли в квартире. Параллельно угрожал и дяде девушки, требуя три-четыре миллиона рублей.

В конце июня Светлана обратилась в полицию. Маматова забрали в отдел. Но он подал встречное заявление — на жениха Зулейхи, Рашида А., — обвинив его в угрозах. Конфликт считался официально завершенным, но внутри семьи не прекращался.

«Мы думали: вот выдадим замуж Зулейху — и я заберу сестру. Купим ей жильё ближе к нам, потому что жить с таким тираном уже было невозможно. Но мы не успели» — говорит Мариф Сулейманов.Светлане было 44 года. Она планировала развестись с Мамадовым сразу после свадьбы Зулейхи в августе. До августа оставался месяц. 7 июля 2025, семь утра На весь подъезд на улице Весенней разнёсся стук и крики. Соседи решили: пожар или взорвался газовый баллон. Выбежали — и увидели Милану. Девочка вырвалась из квартиры и стучала во все двери, пока Маматов в это время пытался покончить с собой.

Дверь в квартиру была открыта. Соседи заглянули внутрь.

«Лежит девочка скорченная, не двигается, не говорит. Зашла наша соседка, посмотрела, вернулась и говорит: "Ужас, мужик изрезал всю свою семью"».

Светлана и Зулейха были мертвы. Милане нож попал в грудь — в больницу её доставили в тяжёлом состоянии. После содеянного Маматов нанёс удар себе в сердце. Врачи два часа оперировали убийцу, чтобы он выжил — и мог ответить перед судом.

В квартире в тот момент находился ещё один ребенок — девятилетний сын Маматова от первого брака, больной ДЦП. Маматов его не тронул.

После

Милана выжила. Её лечили в детской клинической больнице Владикавказа — девочка пострадала физически и психологически. Мариф навещал её вместе с родственниками, но врачи запрещали говорить с ней о случившемся.

После выписки девочку забрали родственники по материнской линии. Девятилетний мальчик с ДЦП теперь оказался в специализированном учреждении для детей-инвалидов. Дочь Маматова от первого брака забирать его отказалась. Родственники убийцы тоже.

Приговор

В мае 2026 года Верховный суд Северной Осетии признал Маматова виновным по четырём статьям: два эпизода угроз убийством, убийство двух лиц с особой жестокостью и покушение на убийство двух и более лиц. 15-летняя Милана, оставшаяся сиротой,дала показания против Маматова.

За двойное убийство виновный получил 20 лет исправительной колонии строгого режима. После освобождения также добавили ещё два года ограничения свободы. По исследованию Консорциума женских НПО, 70% убитых женщин в РФ в 2018 году были убиты партнёрами или родственниками. Авторы отдельно отмечали, что многие жертвы ранее обращались за помощью, но не верили в защиту государства.

 Исследователи подчеркивают, что реальная статистика домашнего насилия с убийством женщин может быть и выше, поскольку некоторые приговоры публикуются задним числом или вовсе не обнародуются.