ВИЧ в подарок с фронта. В Чечне растёт число случаев ВИЧ и ИППП. Их привозят с войны
Врачи в Чечне всё чаще говорят о том, что публично обсуждать не принято: за годы войны в Украине поток пациентов с сифилисом, гонореей, хламидиозом и ВИЧ заметно вырос. Официальной статистики по большинству этих инфекций нет, а те данные, что удается получить по ВИЧ, рисуют тревожную картину: число инфицированных растёт, а умирать от вируса в республике стали почти вдвое чаще, чем до войны. Масштабы эпидемии скрыты от массовой аудитории.
Это сокрытие дорого обходится обычным гражданам.
Медики связывают всплеск заболеваемости прежде всего с прибывшими с фронта военными. В военных зонах мужчины знакомятся с местным населением, вступают в беспорядочные половые связи и нередко подхватывают половые инфекции. Потом зараженные они едут домой и передают болезни женам. Бывает, свежеиспеченная невеста, вступив в брак, вскоре после свадьбы узнает о смертельной болезни, которой ее наградил законный супруг.
О том, как российские военные, проводят время на передовой, красноречиво свидетельствуют многочисленные видео в сети. «Походные развлечения» стали для многих привычной частью быта. Уроженцы Кавказа, сдержанные дома, не отказывают себе в вольностях вдали от своих регионов.В анонимных беседах с журналистами секс-работницы фронтовой зоны признаются: за секс без презерватива военные готовы платить по повышенному тарифу. По данным медиков из прифронтовых зон, гепатит находят примерно у каждой третьей женщины, оказывающей такие услуги, а ВИЧ — примерно у каждой десятой.
Полных данных о распространении ИППП в Чечне, Ингушетии и Дагестане в открытом доступе нет. Так, в Чечне цифры тщательно занижают, чтобы не бросать тень на «честь» и статус престижной профессии — военных. Частично масштаб бедствия отражает статистика проекта «Если быть точным». Из-за строгих религиозных норм и обычаев Чечня исторически считалась регионом с низкой распространенностью инфекций, однако число людей с ВИЧ здесь неуклонно росло: с 1 700 человек в 2014 году до примерно 2 300 в 2022-м. Новых случаев выявляют меньше (около 100 в год против 190 десять лет назад), но радоваться рано. Обследование на ВИЧ проходят лишь 32,6% жителей республики — две трети населения просто не знают о своем статусе.
Гораздо страшнее то, что происходит с уже выявленными пациентами. В 2022 году, с началом полномасштабной войны, от ВИЧ в Чечне умерли 37 человек, в 2023-м — ещё 35 (для сравнения: в 2018-м таких смертей было около двадцати, а в 2014-м — всего шесть). Доля умерших среди людей с ВИЧ выросла с 0,3% до 1,5%. Тогда же, в 2022-м, в республике впервые зафиксировали перебои с лекарствами и диагностикой, а число врачей-инфекционистов сократилось с 81 до 55. Терапию сегодня получает лишь половина больных (47,2%), при том что регион, живущий более чем на 40% за счет дотаций, собственных средств на закупку препаратов не выделяет с 2018 года.
Официально ВИЧ в российской армии «не существует», а значит, нет ни профилактики, ни лечения. Единственное окно в реальность открылось в 2024 году, когда военно-медицинский журнал сообщил: только за первый год войны число зараженных выросло в 40 раз (абсолютных цифр военные называть не стали). Диагноз всплывает обычно в госпитале после ранения; те же, кому посчастливилось избежать больницы, могут оставаться в неведении по поводу собственного диагноза. При этом попасть на фронт с ВИЧ проще простого: на медкомиссии достаточно заявить о безупречном здоровье, а регионам, отчаянно гонящимся за планами по контрактникам, выгодно закрывать на это глаза. Публичные данные по Чечне обрываются на 2023 году и почти не охватывают волну возвращающихся с фронта сегодня, поэтому инфекции проникают в дома, минуя любые медицинские проверки.
Своеобразной формальностью в Чечне стало и обязательное перед свадьбой медицинское обследование. Справку легко купить за деньги — без всяких анализов и врачей. Сами мужчины могут прятать диагноз из-за опасения быть непринятым после этого в обществе. Кроме того, как известно, официальный муфтият Чечни назвал эту войну «священным джихадом». Признать, что часть воинов поймала сифилис или ВИЧ на священном пути — не комильфо. Проще умолчать факты. Нам в проект писали женщины, пострадавшие от зараженных мужей-силовиков. Те говорили женам, что, видимо, заразились через кровь, когда помогали раненому товарищу. Эта версия призвана смыть и грех измены, и позор.
Наслышавшись об этом, некоторые девушки уже отказались от мысли брака с участниками «СВО».
Исследовательницы прав женщин на Кавказе давно бьют тревогу: выданные замуж девушки нередко получают в «подарок» смертельную инфекцию от мужей, которые прекрасно знали о своем статусе, но предпочли промолчать. Более 70% женщин с ВИЧ в России заразились от постоянных партнеров.
Некоторые женщины узнали о своем ВИЧ-статусе при необходимых анализах во время беременности. Истории жен, у которых нашли ВИЧ после короткого отпуска мужа с передовой, множатся в сети, но это лишь верхушка айсберга, ведь основная масса военных все ещё в окопах.
Комментарии